Фамилия Хандохов с первого взгляда кажется загадочной: ничего похожего на ходу не вспомнишь, и привычные русские корни в ней не угадываются. И это не случайно. Фамилия эта — адыгского (черкесского) происхождения, и разобрать её можно, только заглянув в язык, на котором говорили предки её первых носителей.

В основе фамилии лежит прозвище Хандох, которое, как и многие старинные прозвища, было составным. Оно склеилось из двух черкесских слов. Первая часть — «хъан», слово многозначное: это и «хан, правитель», и одновременно «парень, жених». Вторая часть восходит к глаголу «дэхъуэн» — «поспевать, созревать», а в более широком смысле — «подходить, быть к лицу». Если соединить эти смыслы, проступает образ, который лег в основу прозвища: «подходящий жених», «зрелый мужчина», а возможно, и «достойный правитель». Скорее всего, так называли человека, который достиг зрелости, возмужал и стал видным, уважаемым в обществе человеком — будь то в глазах родителей невесты или в глазах всей общины.

Русская фамильная форма возникла, когда адыгские земли вошли в состав Российской империи. Прозвище Хандох, которое носил родоначальник, оформили по привычной для русского языка модели: добавили суффикс -ов, обозначающий принадлежность роду. Так Хандох превратился в Хандохова, то есть «сына Хандоха», «из рода Хандоха». Подобная русификация горских фамилий — явление массовое для XIX века, когда черкесскую знать и простых горцев записывали в официальные документы, приспосабливая их имена к общероссийским стандартам.

Любопытно, что фамилия сохранила не только корень, но и ударение, которое падает на второй слог — ХандОхов. Это тоже выдает её нерусское происхождение: в исконно русских фамилиях такое ударение встречается реже. Сегодня фамилия Хандохов распространена в основном на Северном Кавказе, в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии, а также среди потомков адыгской диаспоры, рассеянной по всему миру. Встречается она и за пределами Кавказа — там, куда в XX веке переезжали горцы в поисках работы или высшего образования.

Если говорить о словообразовательной модели, то перед нами классический пример того, как иноязычное прозвище получает русский фамильный суффикс. В отличие от фамилий, образованных от крестильных имён или профессий, здесь мы видим не просто имя, а целую характеристику человека, данную ему обществом. И эта характеристика — лестная: назвать человека «поспевающим», «созревающим» значило отметить его переход в пору расцвета сил, когда он готов и семью создать, и дело вести.