Фамилия Хорошкова — это типичная русская «семейная» фамилия, которая отвечает на вопрос «чей ты будешь?». Она образована от прозвища Хорошка, которое, в свою очередь, является уменьшительно-ласкательной формой от прилагательного «хороший». Проще говоря, предок носителя этой фамилии был человеком, которого окружающие ласково называли Хорошкой — за добрый нрав, приятную внешность или просто как доброжелательное обращение.

Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная: к основе прозвища Хорошк- добавляется суффикс -ов, указывающий на принадлежность роду, и окончание -а, свойственное женской форме фамилии. Мужской вариант — Хорошков. Такой тип фамилий (от прозвищ с уменьшительными суффиксами -к-, -шк-) массово закрепился в русских фамилиях в XV–XVII веках, когда крестьянские и посадские семьи начали обзаводиться наследственными именованиями.

Интересно, что в основе лежит не имя, а именно прозвище. В старину «хорошим» могли назвать и умелого работника, и приятного собеседника, и просто милого ребёнка. Прозвище Хорошка не несло в себе никакого социального или сословного оттенка — оно было чисто бытовым, эмоционально тёплым. Поэтому фамилия Хорошкова могла возникнуть в любой среде: и в крестьянской, и в купеческой, и среди служилых людей.

В русской ономастике фамилии от слова «хороший» не редкость, но форма именно с суффиксом -шк- встречается заметно реже, чем, например, Хорошев или Хороших. Это делает фамилию Хорошкова более локальной и «домашней» по звучанию. Если фамилия Хорошев чаще отталкивается от прозвища Хорош (более нейтрального), то Хорошка — это именно ласкательный вариант, который могли использовать в узком семейном или деревенском кругу.

Стоит отметить, что в некоторых говорах слово «хорошка» могло иметь и конкретное значение — так иногда называли хорошую, добротную вещь или упитанную скотину. Однако для прозвища человека эта версия менее вероятна: в личных именованиях прилагательное «хороший» почти всегда относилось к характеру или поведению.

Таким образом, фамилия Хорошкова — это память о предке, которого в своём окружении считали по-настоящему хорошим человеком. Она не связана с ремеслом, местностью или социальным статусом, а напрямую отражает личное качество основателя рода. Судя по распространённости, она встречается преимущественно в центральных и северных регионах России, где фамилии на -ов/-ев исторически доминировали, но точной географической привязки к одному уезду или губернии не имеет — прозвище было слишком универсальным.