Фамилия Колобинин — одна из тех, что кажется знакомой и понятной, но при ближайшем рассмотрении ставит в тупик. Первое, что приходит на ум, — связь с «колобком», но сказочный герой тут ни при чём. В основе фамилии лежит притяжательный суффикс -ин, который в русском языке обычно указывает на принадлежность: «чей?» — Колобинин, то есть сын или потомок Колобины. А вот само прозвище Колоба или Колобя образовано от глагола «колобить» — в северных и сибирских говорах это слово означало «мять», «комкать», «сбивать в ком». Так могли прозвать либо неопрятного, неряшливого человека, который всё мнёт и сваливает в кучу, либо, наоборот, того, кто занимался ручным трудом, связанным с разминанием, — например, кожевника или гончара.

Есть и вторая, менее очевидная версия, которую поддерживают некоторые ономасты. В старину существовало имя Колоб — производное от канонического Никодим или, реже, от Корнилий. В народной речи эти имена редуцировались до коротких форм, и Колоб могло быть домашним вариантом. Тогда Колобинин — отчество, образованное от уменьшительного имени Колобя (Колоба). Эта версия объясняет фамилию не через прозвище, а через личное имя, что для русского фамильного фонда X–XVII веков более типично.

Географически фамилия привязана к центральным и северным регионам России. В переписных книгах XVII века встречаются крестьяне Колобины в Вологодском и Костромском уездах, а также в окрестностях Великого Устюга. Суффикс -ин здесь не случаен: он преобладал в северных землях, где фамилии часто образовывали от женских прозвищ или от имён матерей (в случае, если отец был неизвестен или рано умер). Колобинин — редкий вариант с двойным суффиксом: основа Колоб- плюс -ин, который мог усиливать значение принадлежности.

В отличие от распространённых Колобовых или Колобковых, фамилия Колобинин сохранила архаичную форму и не прошла через унификацию в советских паспортных столах. Носители этой фамилии, как правило, выходцы из старых крестьянских родов Русского Севера, где фамилии закрепились раньше, чем в центральных губерниях.