Фамилия Коляшина — женская форма от Коляшин, и её разбор стоит начать не с корня, а с суффикса. -ин — один из самых распространённых русских патронимических суффиксов, указывающий на принадлежность: «чей?» — Коляшин, то есть сын или потомок человека по прозвищу Коляша. Такая модель типична для северных и центральных областей России, где фамилии на -ин формировались от имён и прозвищ, оканчивающихся на -а или -я.

Основа Коляша — это разговорная, уменьшительно-ласкательная форма имени Николай. В русских говорах имя Николай давало множество производных: Никола, Никула, Микола, а на севере и в Поволжье — Коляша. Суффикс -ша в русской антропонимии нередко использовался для создания обиходных имён: Гриша (от Григорий), Федяша (от Фёдор), Паша (от Павел). Коляша — не исключение. Так могли называть человека в семье или в деревне, а затем прозвище закрепилось за его детьми.

Есть и вторая, менее вероятная версия: Коляша могло быть прозвищем, образованным от глагола «колоть» или «колыхать». В диалектах «коляша» иногда означало неуклюжего, неповоротливого человека или того, кто «колыхается» при ходьбе. Однако в пользу «николаевского» происхождения говорит массовость имени Николай на Руси — фамилии от его производных встречаются повсеместно, тогда как прозвищная версия остаётся локальной и слабо подтверждённой.

Географически фамилия Коляшины не привязана к одной области, но чаще встречается в регионах, где имя Николай было особенно популярно: в Архангельской, Вологодской, Костромской губерниях, а также в Сибири, куда переселенцы принесли её в XVII–XIX веках. В переписных книгах и метриках XVIII века Коляшины фигурируют в основном как крестьяне и посадские люди — ни бояр, ни дворян с такой фамилией в истории не зафиксировано.

Таким образом, предки современной носительницы фамилии Коляшина, скорее всего, жили на Русском Севере или в центральной части страны, а их родоначальника звали Коляшей — то есть просто Колей, Николаем. Фамилия хранит в себе ту же интонацию, с какой в деревне окликали соседа: «Коляша, выходи!» — и это прямое, живое свидетельство народной речевой традиции.