Фамилия Кондюрёв — редкий случай, когда написание с буквой «ё» не факультативно, а принципиально. Если бы фамилия писалась через «е» — Кондурев, — её можно было бы принять за южнославянскую или румынскую (ср. Кондур, Кондураки). Но твёрдый суффикс -ёв и ударение на последнем слоге выдают великорусское происхождение, скорее всего, из северных или центральных говоров, где «ё» под ударением сохранялось.

В основе фамилии лежит прозвище Кондюр. Что оно значило — вопрос открытый. Самая прямая версия: диалектное слово «кондюр» (или «кондюра») — так в рязанских, тамбовских и владимирских говорах называли неуклюжего, медлительного человека, увальня. Слово, скорее всего, звукоподражательное, от «кондыбать» — идти вразвалку, тяжело ступать. Прозвище давали не в обиду, а как бытовую характеристику: «Эй, Кондюр, не копайся».

Менее вероятная, но не исключённая версия — связь с тюркским «кондур» (строить, ставить) или «кондыр» (бобр). Но в русской среде такое прозвище могло закрепиться лишь в случае прямого заимствования у татар или чувашей, а фамилия с суффиксом -ёв на тюркской основе — редкость, обычно татарские фамилии оканчиваются на -ов или -ин.

Фамилия Кондюрёв не попала в массовые боярские или дворянские списки — это крестьянская или мещанская фамилия, возникшая не раньше XVII века, когда прозвища начали передаваться детям. Встречается она точечно: в старых переписях Вятской губернии, в Саратовском Поволжье, единично — на Урале. География указывает на позднее переселение: носители уходили из центра на восток вместе с общинами.

Словообразовательная модель проста: прозвище Кондюр + патронимический суффикс -ёв (чей? — сын Кондюра). Фамилия на -ёв, а не на -ев, говорит о том, что в момент её закрепления в основе было твёрдое «р», а сама фамилия сложилась в регионе, где «ё» произносили отчётливо. Однокоренных фамилий — Кондюков, Кондюрин — почти нет, что подтверждает редкость исходного прозвища.

Если вы носите фамилию Кондюрёв, ваш предок, скорее всего, был крестьянином из средней полосы России, которого в деревне звали по уличному прозвищу — за медлительность или грузную походку. Никакой тайны, никакой знати, но живой язык, сохранивший слово, которое уже почти исчезло из речи.