Фамилия Копырулин — редкий пример, где прозвищная основа неочевидна даже для носителей языка. В её центре стоит слово «Копыруля» — так в старину могли прозвать человека с непростым характером или своеобразной манерой поведения. Разбираемся, какие версии предлагают ономасты и почему ни одну из них нельзя отбросить.

Первая гипотеза связывает прозвище с диалектным глаголом «копырзиться» — упрямиться, упираться, ломаться, чваниться. Если это так, то Копырулей называли человека строптивого, капризного или, наоборот, горделивого, который «ломается» перед другими. Вторая версия отталкивается от глагола «копырять, копырнуть» — ковырнуть, столкнуть, ссадить с места. Здесь прозвище могло указывать на поведение: например, на привычку задираться, задевать окружающих или, напротив, на манеру работать резко, «ковырять» землю или дело.

Обе версии одинаково правдоподобны: фамилия образована по типичной русской модели: прозвище на -я (Копыруля) + патронимический суффикс -ин, который указывал на принадлежность: «чей?» — Копырулин, то есть сын или потомок Копырули. Суффикс -ин в русских фамилиях обычно присоединялся к основам, оканчивающимся на -а/-я, так что Копырулин — грамматически точная форма.

Историк С. Б. Веселовский в своих работах приводит несколько примеров людей с прозвищем Копыря: князь Иван Александрович Кашин (1550 г.), князь Иван Андреевич Елецкий (конец XVI в.), а также Копыря Гаврилов Доскин (1608 г., Нижний Новгород). Эти записи показывают, что основа «копыр-» бытовала в русской антропонимии уже в XVI–XVII веках, причём среди людей разного социального положения — от служилых князей до посадских людей. Хотя прямая запись «Копыруля» в источниках не зафиксирована, само прозвище могло быть уменьшительной или обиходной формой от Копыря.

Таким образом, Копырулин — фамилия, которая, скорее всего, родилась в среде крестьян или посадских людей центральной России или Поволжья. Её носитель мог получить прозвище либо за упрямство и чванство, либо за резкость и привычку «ковырять» — в прямом или переносном смысле. Со временем прозвище закрепилось за родом и превратилось в фамилию, сохранившую память о характере или манере далёкого предка.