Фамилия Коркотко — редкий случай, когда прозвище почти не изменилось и перешло в фамилию «как есть», без типичных суффиксов -ов, -ин или -ский. В ней нет географического окончания, она не указывает на принадлежность отцу или помещику. Перед нами чистая основа, которая когда-то была уличным или профессиональным прозвищем.

Самая прямая версия отсылает к украинскому или белорусскому слову «коркот» — скрежет, хруст, треск. В говорах так называли человека, который скрипит зубами, хрипло кашляет или издаёт неприятные звуки при ходьбе. Возможно, прозвище дали тому, кто работал с чем-то хрупким и ломким (например, с сухими ветками, щепой или глиняной посудой) — отсюда и ассоциация с «коркотать», то есть крошить, ломать с характерным звуком.

Вторая, менее очевидная гипотеза связывает фамилию с диалектным «коркот» в значении «ворчун, брюзга». В некоторых смоленских и псковских говорах «коркотать» означало ворчать, бормотать себе под нос. Тогда Коркотко — это человек с недовольным характером, который постоянно что-то бубнит. Версия правдоподобна, но уступает первой по частотности в ономастических справочниках.

Обратите внимание на суффикс -ко. В украинской и южнорусской традиции он часто указывал на уменьшительность или принадлежность к младшему поколению (ср. Грицько, Петько). Но в фамилии Коркотко он, скорее всего, застыл в исходной форме прозвища, а не добавлялся позже. Фамилии на -ко без изменений — типичная черта для Полтавщины, Черниговщины и приграничных районов Курской и Воронежской областей.

Встречаемость фамилии сегодня — единичные случаи в России и на востоке Украины. Это не массовая фамилия, и её носители, скорее всего, происходят из одной локальной группы. В дореволюционных переписях Коркотко могли записывать как беспоместных казаков или государственных крестьян — сословная принадлежность здесь не прослеживается, но характер прозвища указывает на простую, недворянскую среду.

Однокоренные фамилии — Коркот, Коркота, Коркотенко — встречаются в тех же регионах и подтверждают, что основа была живым прозвищным словом, а не книжным заимствованием.