Фамилия Корнага — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, не просто сохранилось в почти неизменном виде, но и позволяет довольно уверенно реконструировать занятие предка. В русских говорах «корнагой» называли коротышку, человека маленького роста или того, кто ходит в обрезанной, куцей одежде. Однако если смотреть шире, на южнорусские и украинские диалекты, значение становится конкретнее: «корнать» значит резать, укорачивать, а «корнаг» — это тот, кто занимается стрижкой или обрезкой. Прямая параллель — «корнач» в значении «стригаль» или «пастух, который стрижёт овец». Скорее всего, первый Корнага был либо овцеводом, либо ремесленником, работавшим с ножницами, — портным или суконщиком, который укорачивал ткань.

Словообразовательная модель фамилии — без суффикса, так называемая «прозвищная» фамилия, застывшая в форме именительного падежа. Такие фамилии (сравните Шевель, Губа, Кривоног) характерны для украинской и южнорусской традиции. В них нет типичных русских суффиксов -ов/-ев или -ин, что указывает на регион происхождения: скорее всего, это Черниговщина, Полтавщина, Курская или Воронежская области, где прозвища легко становились фамилиями без дополнительного оформления.

Встречается и версия, что основа восходит к тюркскому «корнак» — «слепой» или «косой». Но для славянской среды прижилась она хуже: в документах XVII–XVIII веков Корнаги чаще фиксируются среди казаков и крестьян, а не среди служилых татар. К тому же форма «Корнага» с ударением на второй слог (Корна́га) в украинском произношении естественно складывается из глагола «корнати» — «стричь», тогда как тюркский вариант давал бы иное ударение.

Фамилия осталась малочисленной. В переписях XIX века её носители встречаются в основном в Харьковской и Екатеринославской губерниях, что подтверждает южную привязку. Сегодня Корнаги живут в России и на Украине, но фамилия не стала массовой, сохранив память о конкретном ремесле или внешнем признаке своего первого обладателя.