Фамилия Кортушев — редкая и морфологически неочевидная. С первого взгляда в ней угадывается типичная русская модель: основа «Кортуш-» плюс притяжательный суффикс «-ев», указывающий на принадлежность («чей сын?» — Кортушев). Но что такое «Кортуш»? Это и есть главный вопрос, на который у этимологов нет одного ответа.

Самый вероятный путь — связь с диалектным словом «кортус» или «корт». В тверских и псковских говорах «кортус» — это невысокий, коренастый человек, крепыш. В некоторых областях так называли короткую одежду или поддёвку. Если прозвище Кортуш дали человеку за его плотное телосложение или за привычку носить короткий зипун, то фамилия Кортушев — это «сын Кортуша», то есть потомок того самого приземистого или по-своему одетого предка.

Вторая версия — антропонимическая. В основе могло лежать каноническое имя Корнилий (в народе — Корней) или Корнил, которое в некоторых говорах сокращалось до «Кортуш» через промежуточную форму «Кортуха». Суффикс «-уш» (как в Ванюша, Кирюша) часто образовывал ласкательные или обиходные варианты имён. Тогда Кортушев — просто «внук Корнея», и никакого прозвищного смысла в основе нет.

Географически фамилия тяготеет к северо-востоку европейской России. В дореволюционных метрических книгах Кортушевы встречаются в Вятской, Пермской и Костромской губерниях. Это зона позднего заселения и смешения говоров, где оседали выходцы из разных регионов, что объясняет и нечастоту фамилии, и её нестандартный корень.

Сословная принадлежность у Кортушевых, судя по архивным записям, была крестьянской или мещанской. Никаких дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что логично: основа «кортуш» слишком просторечна и бытовая для аристократического гербовника.

Однокоренных фамилий в русском ономастиконе почти нет. Можно предположить Кортусов (от той же основы «кортус»), но она ещё реже. Вариант Кортушов (с ударением на «у») встречается в украинской и белорусской среде, но это уже другая словообразовательная модель — с суффиксом «-ов» от прозвища Кортуш. В случае с Кортушевым мы имеем дело именно с «-ев», что указывает на мягкую основу исходного прозвища или имени.