Фамилию Коржиневская стоит разбирать с неожиданной стороны: она звучит на польский или украинский лад, хотя суффикс -евск- типичен для русских дворянских фамилий. Основа здесь — «коржин» или «корж», а не «коржинЕв». В польском языке «korzeń» означает корень, а «korzenny» — пряный. Но в восточнославянских говорах «корж» — это пресная лепёшка, часто ржаная. Если фамилия происходит от прозвища Коржин (человек, пёкший или любивший коржи), то Коржиневский — это тот, кто «из рода Коржина» или «живущий в Коржиневе» (деревне с таким названием). География подсказывает: деревни Коржин, Коржинево, Коржиновка есть на Украине и в Беларуси. Именно оттуда, скорее всего, и пошла фамилия.

Суффикс -евск- (польский вариант -евский) указывает на шляхетское или казацкое происхождение. В Речи Посполитой фамилии на -ский носили землевладельцы, но после разделов Польши многие крестьяне и мещане тоже получали такие фамилии при переписях — по названию деревни. Так что предок Коржиневской мог быть как мелким шляхтичем из Коржинева, так и крестьянином, которого записали по месту жительства. Интересно, что в русских губерниях фамилия почти не встречается, зато в Волынской, Киевской и Подольской губерниях XIX века — регулярно.

Сравнение с однокоренными фамилиями проясняет картину. Коржин, Коржов, Коржавин — все они от «коржа», но Коржиневский стоит особняком. В нём нет суффикса -ов, который бы прямо указывал на отчество от прозвища. Вместо этого -евск- привязывает фамилию к топониму. Это значит, что предок, скорее всего, был не просто «Коржиным сыном», а «человеком из Коржинева». Если бы фамилия была польской, она могла бы звучать как Korzeniewski (от korzeń — корень), но русская огласовка с «ж» вместо «з» выдаёт местное произношение.

Носительница фамилии, если она женщина, сразу получает указание на род: Коржиневская — это «дочь или жена Коржиневского». Мужской вариант — Коржиневский. Встречается и написание через «о» — Коржоневский, но это уже калька с польского. В целом фамилия редкая, с чёткой географической привязкой к западу Украины и югу Беларуси, и её обладатели почти наверняка имеют корни в тех местах, где коржи ели, а деревни называли в честь выпечки.