Фамилия Кошарина — яркий пример того, как прозвище или профессия предка закрепилась в родовом имени. Вопреки интуиции, её основа — не «кошка» в прямом смысле, хотя в народном сознании эта связь часто возникает.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»). Кошарин — это сын Кошары, а Кошара, в свою очередь, либо прозвище, либо профессиональное имя. Основное значение слова «кошара» в русских говорах — большой загон для овец, овчарня, а также сам хлев или стойло. В южных и казачьих регионах это слово было в ходу до XX века. Таким образом, предок Кошариных мог быть пастухом, владельцем отары или просто человеком, жившим при такой постройке. Вторая версия, менее вероятная, но допустимая: диалектное «кошара» в некоторых областях означало «корзина» или «большой плетёный кузов», что тоже указывало бы на ремесло предка — корзинщика.

Интересно, что фамилия не связана с «кошкой» через суффикс -к- (тогда было бы Кошкин). Кошара — это самостоятельное слово, и его овечий «профиль» даёт фамилии отчётливую географическую привязку: она типична для юга России, Украины, Дона и Кубани, где овцеводство было основой хозяйства. В северных областях она встречается редко, и там её могли «переосмыслить» на местный лад, но корень остаётся тем же.

В ономастической литературе фамилия не относится к числу широко изученных, но её разбор однозначен. Словарь Б. Унбегауна относит подобные образования к группе фамилий от названий профессий и построек, а не от имён. Если искать однокоренные параллели, то в тех же южных регионах встречаются фамилии Кошаров, Кошара, Кошарин — все они восходят к одному и тому же хозяйственному термину.

Таким образом, Кошарина — это не «кошачья» фамилия, а скорее «пастушья» или «скотная». Предок был человеком, так или иначе связанным с овчарней: либо сторожил овец, либо строил загоны, либо владел большим стадом. Фамилия звучит по-крестьянски основательно и хранит память о степном быте, где главным богатством была отара.