Фамилия Кошкадерова — один из ярких примеров русских «говорящих» прозвищ, перешедших в наследственные именования. Её основа — прозвище Кошкодёр. Вопреки возможному впечатлению, речь идёт не о жестоком обращении с животными, а о конкретном ремесле: на Руси кошкодёрами называли тех, кто сдирал шкуры с диких кошек (лесных или степных) и выделывал их для продажи. Дешёвый и тёплый мех кошки шёл на шапки, воротники и подкладку для крестьянской одежды. Таким образом, предок носительницы фамилии был, скорее всего, охотником-промысловиком или скорняком узкой специализации.

Фамилия образована по стандартной русской модели: от основы «кошкодёр» через притяжательный суффикс -ов. Суффикс указывал на принадлежность: «чей?» — «Кошкодёров сын» или «Кошкодёрова жена». Финальное -а в Кошкадерова — это родовое окончание женской формы, то есть фамилия матери или жены. На письме корень «кошкодёр» часто менял «ё» на «е» под влиянием акающих говоров и упрощения произношения, отсюда написание через «е», а не «ё».

Географически фамилия тяготеет к северным и сибирским регионам России, где кошачий промысел был распространён: Вологодская, Архангельская области, Пермский край, а также Урал и Зауралье. В южнорусских областях, где кошек не промышляли, фамилия встречается реже. Интересно, что вариант с буквой «а» в середине (Кошкадеров вместо Кошкодёров) — явный признак поздней письменной фиксации или влияния местного говора.

С точки зрения словообразования фамилия уникальна: в русском ономастиконе нет распространённых однокоренных аналогов вроде Кошкодеровых или Кошкодёровых с другим суффиксом. Это говорит о том, что прозвище было редким и узко профессиональным. Другие возможные, но менее правдоподобные версии (от имени Кошкар, от татарского «кошка» — кочка, от глагола «кошкать» — бить) не выдерживают критики, так как не объясняют ни суффикса -ёр, ни устойчивой связи с выделкой шкур.

Сословно предки Кошкадеровых, скорее всего, относились к государственным или помещичьим крестьянам, реже — к однодворцам. В дворянских родословных книгах фамилия не зафиксирована, что косвенно подтверждает её «ремесленное» происхождение. Фамилия не получила широкого распространения и осталась локальной, что делает её особенно ценной для генеалогического поиска: она почти наверняка укажет на конкретную местность, где жил род.