Фамилия Костунец — редкий пример, где географический и языковой следы переплетаются особенно тесно. В отличие от массы фамилий на -ов/-ев, она образована с помощью суффикса -ец, который в восточнославянской традиции чаще всего указывает на принадлежность к местности: «откуда родом». Человек, которого называли Костунец, скорее всего, был выходцем из села или хутора с названием Костуни. Такие топонимы встречаются в западных областях Украины и на юго-западе Беларуси, где в основе лежит диалектное слово «костун» — костистый, крупный человек, либо производное от «кость» с уменьшительным оттенком.

Есть и вторая, менее очевидная версия, связанная с прозвищной моделью. В польском и украинском языках «костун» могло означать человека тощего, «кожа да кости», или, наоборот, крепкого, сбитого. Суффикс -ец в таком случае закреплял прозвище за носителем, превращая его в фамилию без привязки к месту. Однако именно топонимическое объяснение выглядит убедительнее: слишком характерен -ец для указания на происхождение, особенно в регионах, где фамилии на -ец (Березинец, Лозинец) были распространены среди крестьян и мещан.

По сословной принадлежности Костунец — фамилия недворянская. Её носители, судя по архивным данным XIX века, фиксировались в Волынской и Гродненской губерниях, в среде православных и униатов. Ремесло или занятие предка по фамилии не угадывается — она говорит о месте или внешности, а не о профессии. В написании встречаются варианты Костунец и Костунець (с мягким знаком в украинской традиции), но русская орфография закрепила твёрдый вариант.

Фамилия остаётся локальной: за пределами западнорусских земель и украинского Полесья она почти не встречается. Для носителя это ключ к региону, где предков могли записать по названию деревни, а не по отчеству или роду занятий.