Фамилия Ковардин, при всей своей кажущейся простоте, содержит в основе одно из самых многозначных слов русских говоров — «каварда». Первое, что бросается в глаза: фамилия образована по стандартной восточнославянской модели с суффиксом -ин, который указывает на принадлежность: «сын Коварды» или «человек из семьи Коварды». Модель продуктивная, но сама основа редкая, что сразу делает фамилию небанальной.

В псковских говорах «каварда» — это окрошка или, что вероятнее, дурная, безвкусная стряпня, похлебка. Отсюда первая версия: прозвище Коварда мог получить либо любитель окрошки, либо человек настолько бедный, что его ежедневной едой была именно такая пустая похлебка. Однако не стоит торопиться с бытовым объяснением. В тульском говоре «каварда» — это пшенная каша с рыбой, а у пивоваров — густая брага последнего спуска. Здесь мы видим профессиональный след: прозвище могло закрепиться за кашеваром или пивоваром. Неумелый повар, портивший еду, — тоже вполне реальный кандидат на такое прозвище.

Есть и третья, менее кулинарная версия. Глагол «кавардачить» в диалектах означал «сплетничать, наушничать, ссорить людей, мутить». В этом случае Коварда — это не едок и не повар, а смутьян, человек с беспокойным характером. Такое прозвище, скорее всего, давали не за ремесло, а за поведение.

Что важно: все три версии не противоречат друг другу по сути. Слово «каварда» (с вариантом «коварда») в разных местностях означало и мешанину из продуктов, и неразбериху, и ссору. Общий корень — «кавардак» (беспорядок, путаница). Поэтому Ковардин — это фамилия, которая могла возникнуть независимо в разных регионах (Псковщина, Тульская губерния, Поволжье) и у разных социальных групп. Редкий случай, когда этимология не разводит, а сводит значения: и плохая стряпня, и сварливый человек — это два проявления одного понятия «кавардак».