Фамилия Козюличев образована от прозвища Козюля. В русских говорах у этого слова несколько значений. В южных и западных регионах «козюля» — это змея, чаще всего гадюка. В северных и центральных областях так называли соху или особый вид плуга. Реже «козюлей» в диалектах именовали человека маленького роста или того, кто сутулится, — по схожести с изогнутой спиной животного или формой плуга.

Суффикс «-ичев» указывает на патронимическое происхождение: Козюличев — это «сын Козюлича», то есть внук или потомок Козюли. Модель «-ичев» характерна для северных и центральных русских земель, особенно для Новгородской, Вологодской и Архангельской губерний. В отличие от распространённых «-ов» и «-ев», этот суффикс встречается реже и часто выдаёт старую, допетровскую традицию именования.

Если прозвище связано со змеёй, то предок мог получить его за осторожность, скрытность или резкий характер — так в народе метко награждали людей по поведению. Если же корень в слове «козюля» как орудие труда, тогда родоначальник был крестьянином-земледельцем, который пахал именно таким плугом, или же сам изготавливал сохи. Второй вариант правдоподобнее: прозвища по роду занятий давали чаще, чем по случайной черте.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Козюлин, Козюлькин, Козюльский — показывает, что Козюличев стоит несколько особняком. У остальных суффиксы «-ин» и «-кин» типичны для центра России, а «-ичев» сдвигает географию к северу. Встречаемость фамилии сегодня невысокая, она не входит в число распространённых, что подтверждает её локальное происхождение — скорее всего, из одной или нескольких соседних деревень.

Документальных свидетельств о древности рода Козюличевых нет в открытых источниках, но суффикс позволяет предположить, что фамилия сложилась не позднее XVII века. В те времена крестьяне и посадские люди обретали фамилии именно через прозвища отцов, и «-ичев» был одним из способов закрепить родовое имя без привязки к вотчине или службе.