Фамилия Краснобаб — одна из тех, что кажутся простыми на слух, но таят в себе неожиданный поворот. Её основа — прилагательное «красный» и существительное «баба». Самое прямое прочтение — «красная баба» — вводит в заблуждение: вряд ли предка прозвали за цвет лица или одежды. В русских говорах слово «красный» часто означало не оттенок, а качество: красивый, нарядный, почётный. «Красна девица» — всем известный пример. Соответственно, «красна баба» — это не про яркий сарафан, а про женщину видную, статную, возможно, бойкую и уважаемую.

Но есть и другая, более прозаичная версия. «Красный» в прозвищах нередко указывало на рыжий цвет волос. Рыжих людей на Руси дразнили «красными». Тогда Краснобаб — это «рыжий мужик», то есть мужчина, которого за рыжину прозвали «бабой» (в насмешку или по созвучию с другим прозвищем). Такое сочетание грубоватое, но в крестьянской среде XVII–XVIII веков, когда и закреплялись фамилии, подобные прозвища были в ходу.

Морфологически фамилия образована по типичной для русских фамилий модели: прозвище-словосочетание, которое застыло без суффикса. Сравните с фамилиями Кривонос, Сухоруков, Белобородов. Но здесь нет суффикса -ов/-ев, что нетипично. Это так называемая «окаменевшая» форма родительного падежа множественного числа? Нет, скорее всего, это просто прозвище, которое стали передавать по наследству без изменений. Встречаются и варианты с суффиксом — Краснобабов, но исходная форма Краснобаб — более редкая и архаичная.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и украинским землям. Встречается на Кубани, в Воронежской области, на Дону. Там диалектное слово «баба» в значении «женщина» было особенно употребительно, и прозвища с этой основой — не редкость. Встречается она и у старообрядцев, которые сохраняли архаичные формы речи.

Если ваш предок носил такую фамилию, он мог быть крестьянином или казаком, получившим прозвище либо за рыжий цвет волос, либо за то, что его жена или мать слыла в округе «красной бабой» — красавицей или уважаемой хозяйкой. В любом случае, фамилия не дворянская и не книжная, а бытовая, живая, из народной гущи.