Фамилия Крастиня — редкий для русской ономастики случай, и её происхождение связано не с великорусскими землями, а с латышским языком. Если вы встретили эту фамилию в России, скорее всего, её носитель — потомок выходцев из Латвии или из смешанной семьи. В самом латышском языке фамилия Крастиня (Krastiņa) является формой женского рода от мужской фамилии Крастиньш (Krastiņš). Такое образование — с окончанием -a для женщин — типично для латышской антропонимики, где фамилии жён и дочерей часто грамматически отличаются от фамилий мужчин.

Основа фамилии — латышское слово «krasts», что значит «берег». Соответственно, Крастиньш (и его женский вариант Крастиня) — это «береговой», то есть человек, живущий у берега реки, озера или моря. Суффикс -iņš в латышском языке часто образует уменьшительные или фамильные формы, указывая на принадлежность к месту или на характерный признак. Таким образом, фамилия могла закрепиться за крестьянином или рыбаком, чей дом стоял на берегу, или за человеком, который перебрался жить к воде.

В отличие от русских фамилий, оканчивающихся на -ин, где этот суффикс указывает на принадлежность отцу или хозяину (Иван — Иванов, сокол — Соколин), в фамилии Крастиня латышский суффикс -iņa выполняет иную роль — он уменьшительно-ласкательный или локативный. Поэтому не стоит искать здесь русского корня «красть» или «красный»: это пример чистого заимствования, адаптированного под русское склонение.

Исторически носители фамилии Крастиньш/Крастиня были распространены в Курземе (Курляндии) и Земгале, то есть в западной и центральной частях Латвии. В России эта фамилия встречается редко и чаще всего в тех регионах, куда в XIX — начале XX века переселялись латышские крестьяне: в Сибири, на Дальнем Востоке, а также в некоторых районах центральной России. В советское время, при паспортизации, женская форма могла закрепиться как неизменяемая фамилия для женщины, но в русском контексте её нередко склоняют по правилам русского языка — как существительное женского рода на -я.