Фамилия Крастоширов — редкий случай, когда прозвище не просто перешло в фамилию, а сохранило в своей основе яркую, почти гротескную характеристику человека. Вопреки первому впечатлению, корень здесь не «красота» в современном смысле, а древнерусское слово «краста» — чесотка, короста, кожная сыпь. Второй корень — «шир» — от глагола «ширить», то есть распространять, делать широким. Прозвище Крастошир, скорее всего, дали человеку с сильно поражённой кожей, возможно, с обширной коростой. Это не столько медицинский диагноз, сколько бытовая меткая характеристика, каких много в русской антропонимии: Гнилозубов, Широконос, Кривошеин.

Суффикс -ов указывает на стандартную модель образования русских фамилий от прозвищ, оканчивающихся на твёрдый согласный. Сын Крастошира становился Крастошировым. Интересно, что в говорах слово «краста» могло также означать «крапива» (за жжение и сыпь) или «рябой» (по аналогии с рябиной). Поэтому не исключено, что прозвище относилось не к болезни, а к внешности — очень рябому лицу.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России: Архангельской, Вологодской, Костромской. В этих местах диалектное слово «краста» было в ходу дольше, чем в южных говорах. Сословного барьера у фамилии не было: прозвище могли дать как крестьянину, так и посадскому человеку, но в дворянские роды она, естественно, не попала — слишком неблагозвучная основа для герба.

Встречается искажённое написание «Крастошеров» (с заменой «и» на «е»), что объясняется аканьем и небрежностью писарей. Но исходная форма — именно через «и», так как корень «шир» (от «ширить») сохраняет своё значение. Фамилия уникальна тем, что в ней нет ни тени комплимента: предок носителя, судя по всему, был человеком с очень заметным кожным недугом, и эта черта закрепилась за его потомками на века.