Фамилия Критинёв — редкий случай, когда географический акцент фамилии подсказывает её происхождение почти без вариантов. Основная масса носителей сосредоточена на юге России и в центральном Черноземье, особенно в Воронежской и Ростовской областях. Эта привязка к южнорусским говорам сразу даёт ключ к корню.

В основе фамилии лежит диалектное слово «критин» или «критина». В южных и западных русских говорах так называли невысокого, тщедушного человека, слабосильного или хилого. Слово родственно глаголу «крити» (др.-рус. «крити» — покупать) или «критися» (скрываться, уклоняться), но в народной речи оно приобрело именно пренебрежительный оттенок физической немощи. Прозвище Критина давали не в обиду, а как бытовую характеристику: «критина» — тощий, слабый.

Модель образования фамилии — патронимическая, но с редким суффиксом -ёв. В русской ономастике суффикс -ёв обычно присоединяли к основам на мягкий согласный или шипящий (как в фамилиях Писарев, Григорьев). В случае Критинёв основа исходного прозвища — «Критина» — оканчивается на -а, поэтому стандартный суффикс -ин дал бы фамилию Критинин. Однако носители языка переосмыслили её по более частотной модели: отбросили окончание -а и добавили -ёв, подравняв под тип отчеств от имён на -ий (как Матвей — Матвеев). В результате получилась форма, которая звучит как «сын Критины», но записана по аналогии с фамилиями на -ёв.

Другая, менее вероятная версия связывает фамилию с названием села Критино или Критинево. На карте России нет крупного населённого пункта с таким именем, но в писцовых книгах XVI–XVII веков упоминаются мелкие починки и деревни с корнем «крит-» в Новгородской и Псковской землях. Однако для южнорусского ареала эта версия слаба: там фамилии от географических названий обычно оканчиваются на -ский/-цкий, а не на -ёв.

Таким образом, Критинёв — это фамилия-характеристика, прозвищная по происхождению. Предок носителя, скорее всего, был крестьянином или посадским человеком в южнорусских губерниях, а прозвище ему дали за внешность или телосложение. Фамилия не дворянская и не книжная — она вышла из живой диалектной речи, что и объясняет её редкость.