Фамилия Крицер — один из тех случаев, когда происхождение прозрачно, но не лежит на поверхности славянской лексики. Её основа восходит к идишскому нарицательному «криц», что значит «царапина». От этого корня и образовано прозвище, а затем и фамилия, которая указывает на род занятий предка.

Скорее всего, Крицером называли человека, чья работа была связана с «царапаньем» — то есть с чесанием шерсти или льна. Чесальщик в старину пользовался специальными щетками или гребнями, оставлявшими царапины на сырье, и эта деталь легла в основу его профессионального прозвища. Впрочем, есть и вторая, не менее правдоподобная версия: «криц» могло относиться к цирюльнику. Бритьё и кровопускание — процедуры, при которых на коже оставались царапины и порезы, так что это именование тоже приживалось в среде ремесленников-брадобреев.

Суффикс -ер в фамилии Крицер — типичный для ашкеназских фамилий, образованных от немецких или идишских основ. Он указывает на деятеля, носителя признака: «тот, кто царапает» или «тот, кто связан с царапиной». Такая модель широко распространена в фамилиях еврейского происхождения Восточной Европы, и Крицер стоит в одном ряду с Шустером (сапожник), Малером (живописец) или Шнайдером (портной).

В документах встречается, например, Яков Григорьевич Крицер, родившийся в 1888 году в Орше (ныне Витебская область Беларуси). Эта запись — не просто дата и место, а географическая привязка: Орша входила в черту оседлости, где идиш был языком повседневного общения, и фамилия Крицер там совершенно органична. Других упоминаний о сословной принадлежности или массовой географии фамилии нет, но вероятнее всего, носители фамилии были ремесленниками или мещанами — людьми, чей социальный статус определялся профессией.