Фамилия Кропина — яркий пример того, как по одной букве в суффиксе можно определить, откуда родом предки. Это типично русская фамилия, образованная по модели «-ин», которая в центральной и северной России указывала на принадлежность: «чей?» — «Кропин», то есть сын или потомок Кропы. На юге и востоке страны ту же основу чаще оформляли суффиксом «-ов», получилась бы фамилия Кропов. Так что география здесь подсказывает: корни Кропиных, скорее всего, лежат в старых русских землях, вплоть до Поморья.

Основа фамилии — прозвище или нецерковное имя Кропа. В русских говорах у этого слова несколько значений, и все они рисуют портрет предка. Самое вероятное: «кропа» или «кропотун» — человек, который делает что-то медленно, тщательно, с излишней мелочностью, «кропает». В словаре Даля «кропать» — работать медленно и копотливо, заниматься мелкой, кропотливой работой. Такое прозвище могли дать портному, сапожнику, резчику по дереву или переписчику книг — любому, чей труд требовал терпения и внимания к деталям.

Есть и вторая, менее распространенная версия. В южнорусских и украинских говорах «кропива» — это крапива. Фамилии от названий растений — обычное дело (Крапивин, Крапивный), но форма Кропина могла возникнуть как фонетический вариант: редуцированное «о» вместо «а» или влияние акающего произношения. В этом случае прозвище Кропа получал человек, живший в зарослях крапивы, либо тот, кто был «колючим», неуживчивым по характеру.

Интересно, что фамилия Кропина не слишком часто встречается в дворянских родословных книгах — это указывает на крестьянское или мещанское происхождение. В XIX веке носители фамилии фиксируются в основном в центральных губерниях: Московской, Тверской, Ярославской. Встречается она и на Урале, куда переселенцы принесли её в XVIII—XIX веках. Если сравнивать с однокоренными — Кропачев, Кропотов, Кропалев — то Кропина стоит особняком: она сохранила исходную, краткую форму прозвища без дополнительных суффиксов, что говорит о её древности.