Фамилия Кропинов — одна из тех, что построены по простой и ясной модели: прозвище Кропина плюс типичный русский фамильный суффикс -ов, указывающий на принадлежность («чей?» — «Кропинов»). Но за этой прозрачной формой скрывается необычное прозвище, которое могло возникнуть как минимум из двух разных источников.

Первый и самый очевидный — глагол «кропить», то есть окроплять, брызгать. В русских говорах это слово прижилось не только в прямом значении, но и в переносном. Прозвище Кропина могли дать карточному шулеру: таких людей называли «кропилами» за то, что они помечали (кропили) крапом карты. Это довольно характерный случай, когда профессиональное или даже криминальное прозвище становилось основой фамилии — вспомним хотя бы фамилии Шулеров, Крапленов или Маркеров.

Вторая версия отсылает к слову «кропкий» — редкому диалектному прилагательному, означавшему «худой, низкорослый, тщедушный». Если это так, то Кропиной называли человека невысокого роста и щуплого телосложения. Оба варианта правдоподобны, но первый (связь с шулерством или брызганьем) встречается в ономастической литературе чаще — именно из-за устойчивого оборота «кропить карты».

Фамилия Кропинов не относится к массовым и широко распространённым. Она редкая, что косвенно подтверждает её происхождение от конкретного прозвища, а не от крестильного имени. В документах XVII–XVIII веков носители фамилии встречаются в центральных и северных губерниях, но надёжной географической привязки нет — скорее всего, прозвище возникало в разных местах независимо.