Фамилия Кульговеня — редкая и необычная по звучанию, что сразу наводит на мысль о нерусском происхождении. И действительно, её основа и суффикс указывают на белорусские или западноукраинские корни, с возможным польским влиянием.

Ключ к разгадке — вторая часть фамилии, «-веня». В славянских языках это не суффикс, а самостоятельный корень, восходящий к древнему слову «веня» или «вень». В диалектах белорусского и украинского языков «веня» означало «вялый, медлительный человек», «рохля», «неповоротливый». Реже это слово могло обозначать «лентяй» или даже «плакса». Первая часть, «Кульго-», скорее всего, связана с глаголом «кульгать» — хромать, прихрамывать. Таким образом, Кульговеня — это сложное прозвище, которое буквально можно перевести как «хромой вялый» или «прихрамывающий увалень». Прозвище давалось человеку с заметной медлительностью или хромотой.

Модель образования типична для западнорусских земель: сложение двух корней без соединительной гласной (ср. белорусские фамилии Долгоног, Кривошей, Сухобрус). Суффикса -ов или -ин здесь нет, фамилия застыла в форме чистого прозвища. Это характерно для фамилий, которые сформировались в среде крестьянства и мелкой шляхты Великого княжества Литовского, где прозвища часто переходили в фамилии без изменений.

Географически фамилия тяготеет к западным областям Беларуси (Гродненская, Брестская области) и, возможно, к приграничным районам Польши и Украины. Поскольку фамилия крайне редкая, её носители, скорее всего, происходят из одной или нескольких соседних деревень, где прозвище закрепилось за конкретным родом.

В сословном отношении предки Кульговени, вероятнее всего, были крестьянами или мещанами. Дворянские фамилии в этом регионе обычно имели окончания -ский/-цкий или польские суффиксы, чего в данном случае нет. Единичные случаи фиксации фамилии в метрических книгах XIX века подтверждают её простонародное происхождение.

Спорных версий у фамилии немного. Можно предположить, что «Кульго-» — это искажённое «культя» (безрукий), но сочетание «культя + веня» звучит менее логично, чем «хромой + вялый». Версия о балтском (литовском) корне тоже слаба: в литовском нет близкого по звучанию слова, которое объясняло бы обе части сразу. Наиболее правдоподобным остаётся исконно славянское, диалектное происхождение, описывающее внешность или характер первого носителя.