Фамилия Куманин — одна из тех, что сразу вызывает вопрос: а что или кто скрывается за основой? Самый прямой путь к ответу лежит через слово «куманы». Так в древнерусских летописях называли половцев — кочевой народ, который в XII–XIII веках тревожил набегами южные княжества. Память об этом соседстве оказалась цепкой: даже спустя столетия, в XV веке, прозвище Куманя могли дать капризному или драчливому младенцу, сравнивая его с воинственным степняком. Но необязательно искать в предке Куманиных половецкие корни — прозвище мог получить и русский человек, долго живший среди куман или торговавший с ними.

Есть и другая, более мирная версия. В некоторых говорах «куманика» — это морошка. Если так, то прозвище Куманя могло закрепиться за тем, кто собирал эту ягоду, торговал ею или делал из неё наливку. Оба объяснения имеют право на существование, но первое — с куманами-половцами — выглядит исторически более весомым: фамилии на -ин часто образуются от прозвищ, а не от названий растений, и связь с известным кочевым народом даёт более яркий и запоминающийся образ.

Сама модель фамилии проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), то есть Куманин — это «сын Кумани» или «человек из рода Кумани». Такая схема типична для русских фамилий, образованных от прозвищ или имён, оканчивающихся на -а/-я. Говорить о точном времени и месте возникновения фамилии Куманин сложно — процесс становления фамилий на Руси был долгим и занял несколько столетий. Ясно одно: за этим словом стоит или память о давних степных соседях, или местное название северной ягоды, и оба варианта по-своему интересны.