Фамилия Куричко звучит скорее западно- или южнославянски, чем великорусски. В этом и кроется главная загадка её происхождения. Если бы фамилия была исконно русской, она, скорее всего, заканчивалась бы на -ов или -ин, но суффикс -ко — характерный признак украинских, белорусских и польских фамилий. Поэтому искать корни стоит не в Новгородской или Московской губернии, а на территории современной Украины, Беларуси или юго-западных регионов России, куда эти традиции проникли.

Основа фамилии — «Курич». Это, скорее всего, не имя, а прозвище, образованное от слова «кура» (курица). В славянских говорах «курич» могли называть человека за внешнее сходство (сутулость, мелкие черты лица, взъерошенность) или за повадки — суетливость, пугливость, любовь к сплетням. Менее вероятная, но возможная версия — профессиональное прозвище птицевода или торговца курами. В любом случае, перед нами типичная модель: прозвище + уменьшительный суффикс -ко, который в украинской традиции часто выполнял функцию «сын такого-то» или просто указывал на носителя прозвища.

Важно отличать эту фамилию от похожих. Если бы фамилия писалась как «Куричков», это был бы чистый русский вариант с патронимическим суффиксом -ов, означающий «сын Куричка». «Куричко» — это самостоятельная форма, где -ко уже встроено в основу. В польском языке аналогичная фамилия звучала бы как «Kurczyk» или «Kurczak», но украинское -ко придаёт ей более мягкое, «хохлацкое» звучание.

По сословной принадлежности предки Куричко, скорее всего, были крестьянами или казаками. Фамилии на -ко широко распространены среди потомков реестровых казаков и сельского населения Левобережной и Правобережной Украины. Дворянских родов с такой фамилией в Российской империи почти не встречается — это фамилия простого люда, фиксировавшаяся в метрических книгах как «Куриченко», «Куричко» или «Куричка» в зависимости от диалекта писаря.

Споров вокруг корня «кур» в ономастике хватает. Некоторые исследователи пытаются вывести «Куричко» от тюркского «кур» (пояс, или «слепой»), но это натяжка. Птичья тема в славянских прозвищах настолько распространена (сравните: Петухов, Гусев, Воробьёв, Цаплин), что искать экзотику не нужно. Самая правдоподобная версия — бытовое прозвище, данное за сходство с домашней птицей. Фамилия редкая, не входит в сотни самых частых, что подтверждает её локальный характер — она могла закрепиться в одном-двух сёлах или хуторах и не распространиться широко.