Фамилия Курипка — редкий случай, когда прозвище почти полностью вытеснило исходное крестильное имя. В её основе лежит украинское или белорусское слово «курипка» — так в некоторых говорах называли куропатку. Птица эта в народной культуре не была промысловой добычей вроде гуся или утки, но ассоциировалась с быстрой, юркой, немного суетливой повадкой. Прозвище Курипка могли дать человеку невысокому, подвижному или с характерной манерой поведения — например, тому, кто постоянно оглядывался или семенил при ходьбе.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: фамилия не получила типичных русских суффиксов -ов или -ин, а застыла в форме чистого прозвища. Это характерно для украинской и южнорусской ономастики, где фиксация фамилий произошла позже, и многие прозвища не успели «обрусеть» через притяжательные суффиксы. Сравните с однокоренными, но уже оформленными фамилиями — Куропатников (ремесленник, ловивший куропаток) или Курочкин (от уменьшительного имени курицы). Курипка стоит особняком: она прямо указывает на прозвище, а не на занятие или родство.

Географически фамилия тяготеет к западу русских земель. Наиболее вероятные зоны её бытования — Смоленщина, Брянщина, а также восточные области Беларуси и Украины. В этих местах диалектное «курипка» было в ходу, и фамилия не требовала перевода. В центральной России её могли бы переиначить в Куропаткова, но на пограничье диалектов она сохранила исходное звучание.

Сословного барьера у фамилии не было. Курипка мог стать и крестьянин, и казак, и мещанин — прозвище давали по внешности или характеру, а не по достатку. В документах XVII–XVIII веков такая фамилия почти не встречается: она из позднего слоя, когда прозвища начали закрепляться за целыми родами уже после введения подушной переписи. Если ваши предки носили фамилию Курипка, скорее всего, они жили в небольшом селе на западе России, где местный говор ещё помнил старую птицу.