Фамилия Курманакун — редкий пример, где в одной основе соединились два полных слова, а не корень с суффиксом. Разбирать её нужно с конца: типичный русский патронимический суффикс -ов здесь отсутствует, но фамилия явно прошла через русскую грамматику — иначе она осталась бы без окончания. Скорее всего, перед нами тюркское составное имя, которое в русской среде оформили как фамилию, добавив нулевое окончание или, реже, переосмыслив как уже готовую форму.

Первая часть — «Курман» — восходит к арабскому «Курбан» (жертва, жертвоприношение), которое через тюркские языки (казахский, киргизский, башкирский, татарский) вошло в личные имена. Вторая часть — «Акун» — может быть вариантом имени «Акун» (от тюркского «ак» — белый, чистый) или искажением «Агун» (от монгольского «агун» — старший брат, господин). Вместе «Курманакун» — это сложносоставное имя, распространённое у тюркских народов, где родители давали ребёнку имя-оберег или имя-пожелание, соединяя два смысла: «жертва (Богу)» и «чистый» или «господин».

Географически фамилия Курманакун почти наверняка привязана к регионам с тюркским населением, где была сильна русификация фамилий в XIX–XX веках — например, к Оренбургской, Астраханской губерниям, Башкортостану, Татарстану или Казахстану (северные области). В русских документах такое имя записывали как есть, без добавления -ов, что встречается у фамилий, образованных от полных имён, которые не стали переделывать под стандартную модель (сравните фамилии Ахун, Мурат, Сагит — они тоже могли остаться без суффикса).

Есть и более прозаичная версия: Курманакун могло быть прозвищем, данным человеку, который, например, служил при мечети или был известен своей набожностью (от «курман» в значении «жертвоприношение» и «акун» — мулла, учитель в медресе). Но это менее вероятно, так как прозвища редко склеивают два полных слова без соединительной гласной.

В целом фамилия Курманакун — яркий маркер тюрко-мусульманского происхождения, сохранивший в своей структуре архаичную форму личного имени. Носители такой фамилии — потомки людей, которых в XIX веке записали в метрики или ревизские сказки именно под этим составным именем, не переделав его на русский лад.