Фамилия Кушанин — одна из тех, где на первый взгляд всё ясно, а при ближайшем рассмотрении открывается несколько возможных путей. Главная загадка — в корне «кушан». Самое прямое объяснение лежит на поверхности: от слова «кушанье» (еда, блюдо). В этом случае фамилию могли дать либо повару, либо человеку, который любил плотно и вкусно поесть, либо тому, кто занимался приготовлением или продажей яств. Такие «гастрономические» прозвища — не редкость в русской ономастике (вспомним фамилии Кашин, Блинников, Пирогов). Однако суффикс «-анин» настораживает: он типичен для образования названий жителей по местности (горожанин, волжанин, полочанин). Если по этой модели, то Кушанин — это «житель Кушан» или «выходец из Кушан». Но топоним Кушан или Кушани не слишком известен; возможно, речь о небольшой деревне или урочище, которое не сохранилось на современных картах, либо о местном, диалектном названии.

Есть и третья, более редкая версия, связанная с тюркскими языками. Слово «куш» (или «кушан») в некоторых тюркских наречиях означает «птица», а суффикс «-ан» может образовывать прилагательные. В таком случае Кушанин — это «птичий», «соколиный», что могло указывать на сокольничего, охотника с ловчими птицами. Эта гипотеза менее вероятна из-за славянского суффикса «-ин», который редко наращивается на тюркскую основу, но полностью исключать её нельзя, особенно если фамилия бытовала в южных или степных регионах, где контакт с тюркским населением был плотным.

Словообразовательная модель фамилии нестандартна. Суффикс «-ин» в русских фамилиях обычно означает принадлежность («чей?»): Кушанин — «сын Кушана» или «человек Кушана». Но если основа «Кушан» сама по себе уже содержит суффикс «-ан» (как в Горян, Рязан), то перед нами двойное суффиксальное образование, что указывает на давнее происхождение прозвища. В любом случае, носитель фамилии Кушанин — потомок человека, которого в XV–XVII веках выделяли либо по его профессии (повар, сокольничий), либо по месту жительства, либо по характерной черте (любитель поесть). Окончательно выбрать одну версию без точных архивных записей невозможно, но наиболее органичной выглядит связь с едой или прозвищем по занятию — это типично для русских фамилий, образованных от бытовых реалий.