Фамилия Кутьёв, при всей своей редкости, имеет прозрачную и неожиданно многослойную историю. В её основе лежит прозвище Кутья, которое прямо связано с названием обрядового поминального блюда — кутьи (каши из риса или пшеницы с мёдом и изюмом). Это прозвище могло закрепиться за человеком по-разному.

Самая вероятная версия — ироничная. Кутью готовили на поминки и на Рождество, и прозвище мог получить либо любитель этого кушанья, либо человек, имевший отношение к церковному обиходу. В народе говорили: «Была бы кутья, а кутейники будут» — так называли причётников и дьячков, которые ходили по домам с обрядовой едой. Прозвище Кутья в этом контексте могло указывать на профессию или набожность, но чаще звучало насмешливо.

Менее вероятна, но тоже возможна связь с глаголом «кутить» — в старых говорах он означал не только пьянствовать, но и сплетничать, проказничать. Если прозвище дали за буйный нрав или любовь к гулянкам, то исходный смысл был бы другим, но словообразовательная модель остаётся той же: прозвище на -я перешло в фамилию с суффиксом -ёв.

Фамилия образована по типичной русской модели: от прозвища Кутья через притяжательное прилагательное («чей?» — Кутьёв сын) с помощью суффикса -ёв. Ударение в фамилии падает на последний слог, что характерно для фамилий, образованных от основ на -я. В документах встречаются варианты написания Кутьев (без ё), но нормативное написание — через ё, так как оно отражает произношение и фиксирует ударение.

Таким образом, носитель фамилии Кутьёв — потомок человека, которого в быту звали Кутьёй. Кем он был — любителем поминальной каши, церковным служкой или гулякой — сказать точно нельзя, но само прозвище было живым и узнаваемым в крестьянской среде.