Фамилия Легаалова — редкий случай, когда написание почти полностью совпадает с современным словом «легальный», но связь тут не прямая и более глубокая. Скорее всего, в основе лежит не юридический термин, а прозвище или профессиональное имя, которое со временем исказилось под влиянием книжной речи.

Наиболее вероятная версия ведет к латинскому корню «легат» — посол, наместник или помощник римского полководца. В русской истории это слово закрепилось через церковную и дипломатическую лексику: легатом называли папского посла. Прозвище Легал или Легат мог получить человек, связанный с посольской службой, либо тот, кто отличался важной, представительной манерой держаться. Однако фамилия Легаалова, с двойной «а» в середине, заставляет предположить, что исходная форма была несколько иной — возможно, Легалов или Легатов, а написание закрепилось под влиянием грамотных писарей, которые «исправляли» фамилию на более благозвучный лад.

Другой, менее вероятный, но возможный путь — отчество от мирского имени Легай. В старых русских говорах «легать» означало «лениться, валяться», а «лега» — лень. Тогда Легааловы — потомки человека по прозвищу Легай, то есть ленивца. Притяжательный суффикс -ов- указывает на стандартную модель: «чей? — Легаалов» (сын Легаала). Но здесь возникает вопрос: почему «Легаал», а не «Легал»? Скорее всего, это результат позднейшего удвоения гласной при записи фамилии в метрических книгах или при смене паспорта — явление нередкое для редких фамилий, когда писарь на слух фиксировал две «а» (Лега-алов).

С точки зрения географии, фамилия Легаалова встречается крайне редко и преимущественно в центральных областях России, где было сильнее влияние церковнославянской и латинской грамоты. Сословная принадлежность предков, скорее всего, была крестьянской или мещанской, так как дворянские роды с такой фамилией в исторических источниках не зафиксированы. Если копнуть глубже, можно предположить, что первоначальная форма была Легалов, а двойное «а» — результат ошибки или намеренного «облагораживания» фамилии, что делает её не только редкой, но и любопытным примером того, как живой язык и канцелярская норма могут расходиться.