Фамилия Лепёшки — редкий случай, когда основа прозвища лежит на поверхности, но происхождение не так однозначно. Вопреки ожиданию, её носители не обязательно были пекарями или торговцами лепёшками. В русских говорах слово «лепёшка» имело и переносное значение: так называли низкорослого, приземистого человека, а иногда — сплюснутый, «приплюснутый» нос. Поэтому прозвище Лепёшка могло закрепиться за человеком по внешнему признаку, а не по ремеслу.

Модель образования фамилии — типичная для восточнославянской ономастики: прозвище на -а плюс суффикс -ин, указывающий на принадлежность. Лепёшкин — «чей?» — сын или потомок Лепёшки. Однако в самой фамилии Лепёшки, без суффикса, мы видим застывшую форму родительного падежа множественного числа — так на севере и в некоторых регионах фиксировали фамилии целых семей (сравните: Кузнецовы — Кузнецов, но в местной традиции: Лепёшки — «из семьи Лепёшек»). Это указывает на возможное бытование фамилии в форме, близкой к окончанию -ых/-их, но упрощённой.

Интересная деталь: корень «леп-» связан с глаголом «лепить» — лепить горшки, лепить снежки, лепить из теста. В ономастике это дало целое гнездо фамилий: Лепёхин, Лепёшкин, Лепнев, Лепилов. Лепёшки стоят особняком — они ближе к конкретному предмету, чем к действию. Если предок был гончаром, его могли прозвать не по ремеслу (Гончар), а по форме изделия — Лепёшка, то есть «делающий лепёшки» (в смысле плоские глиняные формы). Но эта версия менее вероятна: прозвища по продукту труда давали реже, чем по внешности.

География фамилии размыта, но она встречается в центральных и южных областях России, а также у украинцев, где «лепёшка» — обычное название хлеба. В дворянских родословных книгах Лепёшки не значатся — фамилия крестьянская и мещанская, что подтверждается её прозрачной, «бытовой» основой.