Фамилия Лубневский — типичный пример польско-белорусской модели образования фамилий на -ский. В отличие от великорусских фамилий на -ов/-ев, которые чаще указывали на отца (чей сын), фамилии на -ский в восточнославянском ареале изначально закреплялись за шляхтой и духовенством и обозначали принадлежность к месту — владению или населённому пункту.

В основе Лубневского — топоним Лубнево или Лубнев. Такие названия встречаются в Беларуси и на западе России. Корень «луб» — это древнее слово, означавшее кору, лыко, внутреннюю часть коры липы. Из луба на Руси плели лапти, короба, мочала и даже делали кровлю. Соответственно, Лубнево — это селение, где либо жили лубодёры (те, кто заготавливал луб), либо стояла «лубеная» (крытая лубом) изба, либо название просто отражало характер местности — липовые леса, дававшие луб.

Менее вероятная, но логичная версия — отчество от прозвища Лубень. Так могли назвать человека коренастого, плотного, «крепкого, как луб», или же, наоборот, грубого, «лубяного» — неотёсанного. Однако для фамилий на -ский такая личная основа менее типична, чем географическая.

Суффикс -евский указывает на притяжательную форму: «из рода владельцев Лубнева» или «родом из Лубнева». В польской традиции фамилии на -ski были знаком дворянского статуса, но у восточных славян, особенно в XIX веке, их могли получать и крестьяне, и духовенство по названию села, где служил священник или жил крестьянин.

Ударение в фамилии, скорее всего, падает на второй слог: Лубнéвский, что соответствует польской акцентуации и отличает её от русских фамилий с ударением на окончание. Встречается и вариант Лубнёвский, но он менее распространён.

Таким образом, Лубневский — это фамилия, которая прямо говорит о географических корнях рода: предки носителя были связаны с местом, названным по липовому лесу или промыслу по заготовке луба.