Фамилия Макшанин образована по одной из самых распространённых в русском ономастиконе моделей: от прозвища или имени через суффикс принадлежности -ин. Суффикс -ин в русских фамилиях указывает на родство: Макшанин — это «чей?» — сын или потомок Макшана. Основа здесь — Макшан, и именно в ней скрыт главный вопрос: откуда взялось это слово?

Самая убедительная версия связывает основу Макшан с диалектным словом «макша» или «макшана». В говорах Поволжья и центральной России так называли толстого, неповоротливого, медлительного человека. Прозвище Макшан могли дать человеку с крупной фигурой или флегматичным нравом. В этом случае фамилия Макшанин — типичное прозвищное именование, каких много в русской среде (сравните с фамилиями Толстиков, Ленящий, Медведев).

Есть и другая, менее очевидная, но исторически обоснованная гипотеза. Фамилия могла возникнуть на стыке русской и финно-угорской культур. В языках народов мордовской группы (эрзя, мокша) «макша» означает «мокша» — этноним. В зонах смешанного расселения русских и мордвы (территории современных Нижегородской, Пензенской, Тамбовской областей) человека, имевшего мокшанские корни или жившего среди мокшан, могли прозвать Макшаном. Такие прозвища по этнической принадлежности — обычное дело: Чуваш, Татарин, Мордвин.

Версия с мордовским корнем подкрепляется и географией фамилии. По данным исторических переписей и современных телефонных справочников, Макшанины чаще всего встречаются именно в Поволжье и на юго-востоке Центральной России. В ревизских сказках XVIII–XIX веков носители фамилии зафиксированы в крестьянской среде Симбирской и Саратовской губерний. Это позволяет предположить, что предки Макшаниных были государственными или помещичьими крестьянами, жившими в зоне активных межэтнических контактов.

Разбор фамилии не даёт однозначного ответа на вопрос о сословии основателя: прозвище Макшан могло возникнуть в любой среде, от крестьянской до посадской. Но именно региональная привязка к Поволжью и связь с финно-угорским субстратом делают фамилию Макшанин не просто «толстым человеком», а возможным маркером давнего культурного пограничья.