Фамилия Машуто — редкий случай, когда географическая привязка оказывается едва ли не важнее лингвистического разбора. Скорее всего, это не русская, а белорусская или западнорусская фамилия, и её происхождение стоит искать не в великорусских землях, а на территории современной Беларуси или в приграничных областях России.

Ключ к разгадке — финальное -о. В русской ономастике фамилии на -о (вроде Шевченко, Коваленко) обычно украинские, но окончание -уто (Машуто, Якуто, Дануто) характерно для западно-белорусского ареала. Это суффикс, который в белорусском языке часто выполнял роль уменьшительного или принадлежностного форманта, аналогичного русскому -ов/-ев, но с местной фонетической окраской. То есть Машуто — это «сын Маши» или «маленький Маша», где Маша — не женское имя, а производная форма от мужского имени Матвей (через Матфей → Матюша → Маша) или, реже, от Макар.

Основа фамилии — Маш- — восходит к краткой форме крестильного имени. В белорусской традиции имя Матвей нередко сокращали до Матюш, Матуш, Маш. Отсюда и прозвище Машута, которое со временем закрепилось как фамильное прозвище, а затем — как фамилия. Модель образования типична для западного региона: не -ин или -ов, а -уто, что видно и в других фамилиях той же группы: Якуто (от Яков), Дануто (от Даниил), Микуто (от Николай).

Вторая, менее вероятная версия — что Машуто происходит от прозвища, связанного с глаголом «махать» или «машить» (в диалектах — «бить, колотить»). Тогда фамилия могла принадлежать человеку с резкими, размашистыми движениями или вспыльчивому. Но эта гипотеза слабее: во-первых, суффикс -уто плохо сочетается с глагольной основой в белорусском словообразовании, во-вторых, антропонимические параллели (Машуто как «сын Маши») встречаются чаще и логичнее.

Сословная принадлежность носителей фамилии, скорее всего, была крестьянской или мещанской. Фамилии на -уто редко встречаются у дворянства, которое предпочитало формы на -ский/-цкий или -ов. Достоверных данных о конкретных исторических личностях с фамилией Машуто нет — это не фамилия из громких родословных, а бытовая, деревенская, возникшая в среде, где человека называли по отцу: «чей ты?» — «Машуто», то есть «Машин сын».