Фамилия Мирошихин — редкий пример, где суффикс не даёт сразу понять, от какого имени образована основа. На первый взгляд перед нами типичная «-ин» фамилия, но корень «Мирош-» не совпадает ни с одним полным каноническим именем. В этом и кроется главная загадка.

Скорее всего, в основе лежит неполное, обиходное имя Мироша. В русской деревне так могли сокращённо называть человека по имени Мирон (от греческого «миро» — благовонное масло). Тогда Мироша — это разговорная форма, а Мирошихин — буквально «чей?» — «сын Мирошихи». Цепочка получается не прямой: не от Мироши, а от прозвища его матери — Мирошиха. Такой способ образования (от женского прозвища на -иха) характерен для северных и сибирских говоров, где жену или вдову нередко называли по имени мужа: Мирон — Мирониха, а в быту — Мирошиха. Дети получали фамилию по матери, особенно если она оставалась главой семьи.

Есть и другая, менее вероятная версия: связь с глаголом «мирошничать» — промышлять мельничным делом, быть мельником. В некоторых говорах «мирошник» — то же, что мельник. Но тогда ожидалась бы фамилия Мирошников или Мирошниченко. Суффикс «-ихин» здесь выглядит чужеродно: «мирошничихин» — слишком громоздко. Поэтому версия с именем Мирон и матронимом (фамилией по матери) убедительнее.

Географически фамилия Мирошихин встречается редко и в основном на Русском Севере — в Вологодской, Архангельской областях, а также в Кировской области. Это косвенно подтверждает версию о северной модели образования через «-иха».

Таким образом, предок носителя фамилии Мирошихин — скорее всего, женщина по имени Мирошиха, вдова или хозяйка дома, которую в округе знали именно по этому прозвищу. Фамилия сохранила память о ней, а не о муже, что для крестьянского быта XIX века — нестандартный, но вполне реальный случай.