Фамилия Мордачевы — это классический пример русской фамилии, образованной от личного прозвища по модели «прозвище + суффикс -ев». Разбираем её по косточкам.

В основе фамилии лежит прозвище Мордач. Наиболее убедительная версия связывает его со словом «мордасы», которое в старину означало «надутая щека». Согласитесь, образ точный: так могли прозвать либо полного, упитанного человека с круглыми щеками, либо, что интереснее, надутого и напыщенного гордеца. Второе значение добавляет прозвищу психологический оттенок — перед нами не просто внешность, а характер. Получается, что родоначальник Мордачевых был либо крепышом с пышущим здоровьем лицом, либо важной персоной, любившей держать нос кверху.

Существует и другая, менее вероятная, но всё же возможная версия: связь прозвища Мордач с этнонимом «мордва». Мордва — это угро-финский народ, издавна обитающий в бассейнах рек Мокши и Суры, а также в междуречье Волги и Белой. В этом случае прозвище Мордач мог получить либо человек мордовского происхождения, либо русский, живший в краях, густо населённых мордвой, — за это его так и дразнили соседи. Однако эта гипотеза видится менее правдоподобной: слишком уж велик соблазн провести прямую фонетическую параллель. Для прозвищ, данных по национальности, чаще использовали более прозрачные формы вроде Мордвин или Мордва, а Мордач всё-таки тяготеет к описанию внешности или поведения.

Сама фамилия Мордачев закрепилась за потомками человека с таким прозвищем. Суффикс -ев (вариант -ов после мягких согласных) указывает на принадлежность: Мордачев буквально значит «сын Мордача». Это типичная притяжательная модель, которая в XV–XVII веках массово вытеснила старые прозвища и стала основой русского фамильного фонда.

О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно: процесс формирования фамилий в разных регионах России растянулся на столетия. Где-то крестьянские фамилии закрепились только к XIX веку, поэтому привязать Мордачевых к конкретной губернии без серьёзных генеалогических изысканий невозможно. Но сам факт, что фамилия сохранилась и дошла до наших дней, говорит о том, что предки носителей были людьми заметными — иначе прозвище не прилипло бы так крепко.