Фамилия Неробова хранит память о прозвище дальнего предка — Нероб. В основе лежит отрицательная приставка «не» и глагол «робеть», то есть «бояться, опасаться». Скорее всего, Неробом прозвали смелого, решительного человека, того, кто не робеет перед опасностью или трудным делом. Так прозвище закрепилось за ним как наиболее употребительное именование, а затем перешло к потомкам в форме отчества, а позже и фамилии.

Есть и вторая версия, менее очевидная. В украинском языке сохранился древний глагол «робить» — «работать». Если исходить из него, то Нероб — это человек, который не работает. Вряд ли такое прозвище давали в прямом укоре: скорее в шутку, с иронией, как это часто бывает с семейными прозвищами. Возможно, так называли нетрудолюбивого или, наоборот, того, кто слишком рьяно брался за любую работу, — в народной традиции такие противоположные смыслы нередко уживаются в одном слове.

Словообразовательная модель проста и типична для русских фамилий: суффикс -ов указывает на принадлежность, то есть «сын Нероба», «из рода Нероба». Фамилия Неробов (и женская форма Неробова) вписывается в обширный ряд прозвищных фамилий на -ов, которые в XV–XVII веках массово закреплялись за крестьянами и посадскими людьми. Подобные фамилии не связаны с сословием или ремеслом, а отражают личную черту человека, за которой стояла живая речь.

Любопытно, что в современном русском языке глагол «робеть» сохранил именно то значение, которое легло в основу прозвища, — «стесняться, бояться». А вот слово «неробкий» как прилагательное до сих пор употребляется в значении «смелый», что косвенно подтверждает первую версию как основную. Украинская гипотеза правдоподобна, но менее вероятна: она потребовала бы, чтобы прозвище возникло на южнорусских или украинских территориях, тогда как форма с суффиксом -ов и корнем «роб» выглядит более общерусской.

Так или иначе, фамилия Неробова — не случайный набор звуков, а сжатый портрет человека, который жил несколько веков назад. Кем он был — смельчаком, не знающим страха, или ленивцем, над которым подшучивали односельчане, — теперь уже не установить. Но оба значения прозвища дают потомкам повод взглянуть на свою семейную историю не как на сухую запись в архиве, а как на маленькую загадку с двумя разгадками.