Фамилия Новохатских — одна из тех, что выдают корни носителя с головой. Её выдают суффиксы -их и окончание -их. Это типичный признак северных и сибирских фамилий, которые застыли в форме родительного или предложного падежа множественного числа. В центральной России чаще говорили «Новохатов», а на Урале, в Вятке и за Уралом прижилась форма «Новохатских» — буквально «из дома Новохатых» или «из семьи Новохата». Такие фамилии отвечали на вопрос «чьи будете?» и передавались без изменений, в отличие от склоняемых «барских» фамилий на -ов.

Основа фамилии — прозвище Новохат. Слово составное: «ново-» и «хата». В южнорусских и украинских говорах «хата» — это дом, жильё. Новохатом, скорее всего, называли человека, который поселился на новом месте, построил свежий дом, или того, кто переехал недавно. Прозвище могло закрепиться за переселенцем, который обживал пустошь, или за парнем, отделившимся от отцовского хозяйства и «срубившим свою хату». Версия про «новую избу» выглядит самой прямой и правдоподобной, без натяжек.

В ономастике фамилия нередкая, но узко локализованная. По переписям и архивным данным, Новохатских чаще всего встречаются в Курской, Воронежской областях, а также в Сибири — туда фамилию унесли переселенцы конца XIX — начала XX века. Интересно, что в некоторых говорах «новохат» могло звучать иронично: так дразнили человека, который хвастался новым жильём, но это уже домыслы, а не научный факт.

Словообразовательная модель проста: прозвище Новохат → патроним «Новохатов сын» → фамилия в форме множественного числа «Новохатские» → со временем окончание -ие перешло в -их, как это часто случалось в северных говорах. Поэтому фамилия Новохатских — не исключение, а яркий пример того, как русский язык фиксировал историю заселения земель: предок был первопоселенцем, построил новую хату, и память об этом осталась в фамилии на века.