Фамилия Ориничев (и её вариант Ориничевы) напрямую связана с женским крестильным именем Ирина, но путь, которым имя превратилось в фамилию, пролегал через просторечную форму Орина. Имя Ирина пришло на Русь вместе с христианством из Византии, а его греческая основа означает «мир», «спокойствие», что в старых словарях часто передавали как «богиня мирной жизни».

В народной среде полное церковное имя Ирина быстро прижилось в сокращённом виде — Орина. Так звали крестьянок и горожанок вплоть до XIX века, и именно эта форма чаще встречается в документах XVII–XVIII столетий, чем исходная. От женского имени Орина и образовали отчество Оринич, а уже от него — фамилию Ориничев. Модель здесь классическая для русских фамилий: суффикс -ич указывает на «сына» или «потомка», а добавленный -ев закрепил форму в мужском роде. Иными словами, Ориничев буквально означает «внук или сын Орины», то есть потомок женщины, которую звали Орина.

Интересно, что эта фамилия стоит в одном ряду с более распространёнными Оринин и Оришкин, но выделяется именно архаичным отчеством на -ич. Такая модель чаще встречалась на севере и в центральных русских землях, где отчества с -ич были обычны не только для знати, но и для простых людей. В южных и западных регионах чаще говорили бы «Ориненко» или «Оринович», поэтому форма Ориничев может указывать на северное или владимиро-суздальское происхождение рода.

Впрочем, у этой фамилии есть и редкая альтернативная версия: в некоторых говорах Ориней могли называть человека с именем Ирина в мужском просторечии (шутливое или ласкательное обращение), но эта гипотеза выглядит слабой. Правдоподобнее видеть в основе всё же женское имя, тем более что фамилии от женских имён — не редкость: вспомним Маринины, Натальины, Дарьины. Обычно их давали детям, которых воспитывала одна мать, или в семьях, где женщина играла главную роль после смерти мужа.

Таким образом, фамилия Ориничев — живой след народной традиции именования, где церковное имя Ирина превратилось в домашнее Орина, а затем закрепилось в фамилии. Это не просто памятник славянской письменности, но и напоминание о том, как женские имена, реже попадавшие в основу фамилий, чем мужские, всё же оставили свой след в русской ономастике.