Фамилия Ошкин — одна из тех русских фамилий, где за простым, почти разговорным звучанием скрывается сразу две непохожие истории происхождения. Вопрос «кем были предки» здесь имеет как минимум два ответа, и оба по-своему убедительны.

Первая и наиболее распространённая версия связывает фамилию с церковным именем Иосиф. Ошка — это просторечная, уменьшительная форма этого древнееврейского имени, которое переводится как «божья награда». Имя вошло в православный именник благодаря двум святым: ветхозаветному Иосифу Прекрасному, жившему за семнадцать веков до Рождества Христова, и особо почитаемому преподобному Иосифу Волоцкому. Этот церковный деятель основал монастырь в Волоколамске Московской губернии и прославился тем, что обличал жидовствующих еретиков, написав против них яростную книгу «Просветитель». Такая модель образования — от канонического имени через его народную форму — типична для русских фамилий, и потому эта версия выглядит правдоподобнее: она вписывается в общий словообразовательный ряд, где Ошка стоит в одном ряду с Ошурок, Ошей и другими производными от Иосифа.

Вторая гипотеза уводит нас на север, в финно-угорские земли. Согласно ей, Ошка — не имя, а прозвище, которое с языка коми переводится как «медведь». Ошкой могли прозвать физически сильного человека, а в ироничном смысле — неуклюжего и тяжёлого на подъём. Эта версия не противоречит первой, а скорее дополняет её: в разных регионах фамилия могла возникать независимо, из разных основ. Однако для центральной России, где фамилия фиксируется чаще, имя Иосиф остаётся более вероятным источником.

Суффикс -ин указывает на притяжательную модель: Ошкин буквально значит «сын Ошки». Такой способ образования фамилий от имён и прозвищ, оканчивающихся на -а или -я, был широко распространён на Руси. О точном месте и времени возникновения фамилии сейчас говорить сложно — процесс формирования фамилий был длительным и шёл в разных землях по-разному. Но и в том, и в другом случае фамилия Ошкин — замечательный памятник славянской письменности и культуры, сохранивший в себе и следы церковной традиции, и возможные отголоски северных языков.