Фамилия Папироскин напрямую связана с прозвищем Папироска, которое в старину давали человеку по его привычке или занятию. В основе лежит нарицательное «папироса» — «бумажная трубочка, набитая табаком, для курения». Это определение приводит В. И. Даль в «Толковом словаре живого великорусского языка», и оно точно передаёт суть исходного слова.

Скорее всего, прозвище Папироска относилось к числу «профессиональных» именований: так могли назвать того, кто изготовлял папиросы или торговал ими. В XIX веке, когда курение стало массовым, а папиросы — ходовым товаром, ремесло мастера или лавочника было у всех на виду, и прозвище легко закреплялось за человеком. Впрочем, есть и более простое объяснение: Папироской могли окликнуть заядлого курильщика, который не расставался с трубкой или гильзой. Обе версии правдоподобны, но первая выглядит убедительнее: в прозвищах чаще отражали род занятий, чем личные привычки, хотя и то и другое встречалось.

Суффикс -ин в фамилии указывает на принадлежность: Папироскин — это «сын Папироски», потомок человека с таким прозвищем. Такая модель образования типична для русских фамилий, особенно в среде крестьян и мещан, где прозвище отца становилось основой для фамилии детей. Интересно, что фамилия сохранила уменьшительную форму — не Папиросов, а именно Папироскин. Это говорит о бытовом, неофициальном происхождении прозвища: так человека называли свои, а не писари или приказные.

Само слово «папироса» пришло в русский язык из польского или немецкого в начале XIX века, когда в обиход вошли бумажные гильзы с табаком. До этого курили в основном трубки. Значит, фамилия не могла возникнуть раньше этого времени — она молодая по меркам ономастики. В документах Папироскины встречаются редко, что неудивительно: фамилия узкая, локальная, привязанная к конкретной местности, где жил её первый носитель.

Если искать аналогии, то рядом стоят фамилии вроде Трубкин или Табаков — тоже от предметов курения. Но Папироскин выделяется именно уменьшительной формой, которая придаёт фамилии оттенок шутливости или теплоты. Возможно, прозвище давали не со зла, а с усмешкой, как меткую бытовую характеристику. Со временем оно утратило связь с курением и стало просто родовым именем, но его история сохранила память о ремесле или привычке далёкого предка.