Фамилия Парахин произошла от просторечного женского имени Параша — так в народе называли Евпраксию или Прасковью. Первое имя в переводе с греческого значит «счастье, благоденствие», второе — «пятница». Потомок женщины по имени Параша со временем получал фамилию Парахин.

Словообразовательная модель здесь простая и распространённая: суффикс -ин указывает на принадлежность. В русской традиции фамилии с -ин обычно образовывали от основ, оканчивающихся на -а или -я, поэтому от Параши закономерно появился Парахин. По той же схеме возникли, например, Машин или Дашин, но у Параши своя особенность: имя это неканоническое, уличное, а потому фамилия несёт отпечаток живой разговорной среды, а не церковной книжности.

Существует и другая версия происхождения — от чувашского слова «парах» («пух, пыль»). Она выглядит малоправдоподобной: слишком далека от русской антропонимической традиции, где подавляющее большинство фамилий на -ин строится от имён или прозвищ. К тому же для чувашского языка такая словообразовательная модель с русским суффиксом нехарактерна, поэтому серьёзные ономасты эту гипотезу всерьёз не рассматривают.

Интересно, что Парахин — не единственная фамилия, рождённая от Параши. В одном ряду с ней стоят Парашин, Парашкин, Парашов. Все они закрепились в разных регионах, но указывают на одно и то же: предок носителя был сыном или внуком женщины, которую в быту звали Парашей. Сословной принадлежности фамилия не выдаёт — её могли носить и крестьяне, и мещане, и служилые люди, поскольку имя Параша было одинаково употребимо в разных слоях общества.

В документах фамилия встречается с XVII века, когда у русских крестьян и посадских начали массово закрепляться наследственные прозвания. Тогда Парахины фиксировались в переписных книгах центральных уездов России. Позже фамилия распространилась шире, но географического ядра, которое можно было бы назвать единственным, у неё нет: Парахины встречаются и в Поволжье, и в Сибири, и на юге страны — туда фамилию разнесли переселенческие потоки.

Известных носителей с громкой исторической славой среди Парахиных нет, но это не делает фамилию менее показательной. Она — образец того, как русская ономастика вбирала в себя женские имена, превращая их в родовые знаки, и как просторечная форма, минуя официальный святцы, закреплялась в фамильном наследии.