Фамилия Паругина — один из тех случаев, где написание и произношение уводят в сторону от очевидного корня. На первый взгляд, в основе лежит что-то «паровое», но при ближайшем рассмотрении оказывается, что перед нами, скорее всего, фонетический вариант более старой фамилии Поругина, а та, в свою очередь, восходит к мирскому имени Поруга.

Имя Поруга — прямое заимствование из нарицательного «поруга», что означало «позор, бесчестие, поношение». Звучит странно для имени, но именно здесь кроется логика охранительных именований, популярных в старину. Нарекая младенца Поругой, родные сознательно давали ему «защитное» имя с негативным смыслом: считалось, что злые силы не позарятся на ребенка с таким именем, а сам он, будто бы отталкиваясь от нареченного, вырастет честным и добрым, будет жить в ладу с окружающими. Практика давать ребенку в дополнение к официальному крестильному имени еще одно, некрестильное, удерживалась вплоть до XVII века, так что появление подобных прозвищ-оберегов — явление вполне типичное.

Однако есть и вторая версия, которую не стоит сбрасывать со счетов. Фамилия Паругин может происходить и напрямую от прозвища Паруга, образованного от существительного «пар». В этом случае прозвище отражало бы привычки обладателя: так могли назвать человека, который любил париться в хорошо растопленной бане, или, возможно, того, кто работал с паром — например, на мельнице или в кузне. Эта гипотеза выглядит менее вероятной, но полностью исключать её нельзя: в народной этимологии связь с паром и баней напрашивается сама собой, особенно для жителей северных и центральных губерний, где баня была неотъемлемой частью быта.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: суффикс -ин указывает на принадлежность, отвечая на вопрос «чей?». Паругин — значит «сын Паруги» или «сын Паруга». Такая модель типична для русских фамилий, образованных от личных имён и прозвищ, и она же объясняет, почему фамилия закрепилась именно в такой форме: сначала она была отчеством, а затем, к XVII–XVIII векам, превратилась в наследственную фамилию.

Смена гласной «о» на «а» в первом слоге — явление для русской ономастики привычное. В разговорной речи безударное «о» часто редуцировалось до «а», и письменная фиксация нередко закрепляла именно произносительный вариант. Так Поругин превратился в Паругина, и со временем эта форма стала самостоятельной. Встречаются обе фамилии, но Паругина сегодня выглядит более «обжитой», привычной для уха.

Географически фамилия не привязана к одной области: она встречается и в центральных регионах России, и в Поволжье, что косвенно подтверждает её происхождение от личного имени, а не от локального прозвища. Носители фамилии — потомки тех самых Поруг, чьи предки когда-то получили имя-оберег с пожеланием доброй жизни.