Фамилия Паторов — хороший пример того, как одна буква в суффиксе меняет историю происхождения. Если бы фамилия звучала как «Патров», её без колебаний возвели бы к имени Пётр (через просторечную форму Патр). Но суффикс -ов- указывает на иную модель: в основе лежит не имя, а прозвище или мирское имя Патóра.

Само слово «патора» в русских говорах имело несколько значений. В псковских и тверских диалектах паторой называли упрямого, своенравного человека — того, кто «прёт напролом», не слушая советов. В других областях, особенно на севере, патора означала суматоху, переполох или тяжёлую работу («паторить» — делать что-то с трудом, биться). Прозвище Патора могли дать либо беспокойному, хлопотливому человеку, либо, наоборот, тому, кто отличался завидным упрямством.

Модель образования типична для русских фамилий XVI–XVII веков: прозвище на -а (Патора) плюс притяжательный суффикс -ов, то есть «сын Паторы». Такие фамилии чаще встречались в крестьянской и посадской среде, где прозвища были живыми и конкретными. В дворянских родах фамилий с подобной «бытовой» основой почти нет — Паторовы, скорее всего, выходцы из черносошных крестьян или ремесленников.

Интересно, что фамилия Паторов довольно редка и имеет чёткую географическую привязку. По данным переписей и метрических книг, большинство Паторовых в XIX веке жили в Вятской и Пермской губерниях, а также на Урале. Это совпадает с ареалом слова «патора» в значении «упрямец» — именно в северных и восточных говорах оно сохранилось дольше всего. Южнорусских Паторовых почти не встречается, что подтверждает диалектную природу фамилии.

Если же предположить, что основа не славянская, а тюркская (от имени Патыр — «богатырь», «батыр»), то фамилия могла бы писаться как Патыров или Батыров. Форма Паторов в таком случае — результат обрусения, но это менее вероятно: на Урале, где фамилия распространена, её носители в массе были русскими, а не крещёными татарами. Так что версия с прозвищем остаётся основной.