Фамилия Пекалев — редкий случай, когда профессиональное прозвище не просто указывает на занятие, а сохраняет старую, почти забытую форму слова. В основе лежит не современное «пекарь», а древнерусское «пекаль» — то же, что пекарь, хлебопек. Такая форма с суффиксом -аль встречается в северных и сибирских говорах: «пекаль» звучало как более просторечный, «мужицкий» вариант по сравнению с книжным «пекарь». Соответственно, Пекалев — буквально «сын пекаря», человек из семьи хлебопека.

С точки зрения словообразования фамилия вписана в стандартную модель: прозвище Пекаль плюс притяжательный суффикс -ев. Выбор именно -ев, а не -ов, объясняется тем, что основа оканчивалась на мягкий согласный (ль). Если бы прозвище звучало как Пекарь, мы бы получили фамилию Пекарев — она тоже встречается, но реже. Пекалев же более архаичен и географически привязан к регионам, где сохранялась старая лексика: вероятнее всего, к Вологодчине, Архангельской области или Уралу.

Споров у фамилии почти нет. Гипотеза о связи с глаголом «пекать» (ударять, бить) или с диалектным «пекло» (жар, ад) слаба: в прозвищах, образованных от глаголов, обычно появляются суффиксы -л- с другим значением (например, «пекало» — тот, кто печет, бьет). А «пекаль» однозначно отсылает к хлебу. Поэтому версия о ремесле — единственная убедительная.

В сословном отношении Пекалевы, скорее всего, крестьяне или посадские люди. Фамилии на -ев в этой среде формировались позже, чем у дворян, — в XVII–XVIII веках, когда закреплялись прозвища по отцовскому занятию. В дворянских родословных книгах Пекалевы не значатся, что косвенно подтверждает их происхождение из податных сословий.

Интересно, что фамилия почти не имеет вариантов за пределами восточнославянского ареала. В польском или украинском языках аналогом был бы Пекальчук или Пекалевич, но Пекалев остался чисто русской формой, сохранившейся в основном в записях переписей XIX века — например, в метрических книгах Вятской и Пермской губерний.