Фамилия Перебоевы, как и множество русских фамилий, родилась из личного прозвища, а не из имени, данного при крещении. Её основа — прозвище Перебой, которое в старину звучало гораздо выразительнее, чем сегодня. Разбирая эту фамилию, мы сталкиваемся с редким случаем, когда одно слово могло описывать и героя, и богача, и просто невыносимого собеседника.

Самое прямое и, пожалуй, самое почётное значение слова «перебой» — «убить до смерти многих». Такое прозвище мог получить храбрый воин, отличившийся в битве. В этом случае фамилия Перебоев — памятник ратному подвигу предка. Однако ономастика знает и другие, более прозаичные трактовки. Перебоем могли назвать человека, который на торгу «перебивал» любую цену, сбивая её или, наоборот, платя не торгуясь, — то есть указывали на его богатство и социальный статус. Наконец, третья версия рисует портрет говорливого человека, который постоянно перебивал собеседников и не давал вставить им ни слова. В этом случае прозвище отражало поведенческую черту, которая бросалась в глаза окружающим.

Какую из версий считать основной — вопрос открытый. Словообразование здесь типичное для восточнославянских фамилий: суффикс -ев присоединялся к основе на мягкий согласный. Потомок человека по прозвищу Перебой автоматически становился Перебоевым, то есть «сыном Перебоя». Интересно, что фамилия не застыла в одной форме: в документах встречаются варианты Перебоев и Перебоевы, что характерно для фамилий, которые бытовали в среде, где множественная форма обозначала весь род или семью целиком.

О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно — процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, и в разных регионах он шёл с разной скоростью. Но сам факт, что в основе лежит не церковное имя, а живое прозвище, говорит о том, что предки Перебоевых были людьми заметными, с яркими чертами характера или недюжинной биографией. Возможно, в вашем роду передавались истории о предке-воине, а может быть, о купце, который умел настоять на своём. Сегодня фамилия Перебоевы — это не просто набор букв, а сжатый портрет человека, жившего несколько веков назад.