Фамилия Перук — редкая и неочевидная даже для специалиста по русским фамилиям. Её происхождение почти наверняка не славянское, а западно- или южноевропейское, и это сразу отличает её от подавляющего большинства русских родовых имён на -ук.

Если отбросить экзотические версии, остаётся одна правдоподобная: фамилия образована от прозвища или профессии. В польском, чешском и словацком языках слово peruka означает «парик». Соответственно, Перук — это «парикмахер» или «тот, кто делает парики». В восточнославянской среде такая фамилия могла появиться через переселенцев из Речи Посполитой, белорусов или украинцев, которые принесли прозвище «Перук» (мастер по парикам) в русские земли. Суффикс -ук здесь не уменьшительный, а типичный для западноукраинских и польских фамилий, обозначающий носителя признака: ср. Ковальчук (сын кузнеца) или Шевчук (сын сапожника). Но в случае Перук суффикс прирос прямо к заимствованному корню.

Вторая, менее вероятная версия — от немецкого Perücke (парик) через прибалтийских немцев или еврейских переселенцев. В идише слово peruk тоже означало «парик», и фамилия могла закрепиться за ремесленником. Однако в немецкой традиции фамилия обычно звучала бы как Перукер или Перуке, а не Перук.

Есть и совсем редкая гипотеза: связь с литовским perukas (парик) или даже с французским perruque (парик) через гугенотов. Но для русского контекста это экзотика — следов массовой миграции французских парикмахеров в Россию под фамилией Перук не обнаружено.

Географически фамилия Перук встречается в основном на западе России, в Беларуси и на Украине. В дореволюционных метрических книгах её носители чаще всего записаны как мещане или крестьяне западных губерний — Волынской, Гродненской, Подольской. Это подтверждает ремесленное происхождение: парикмахерское дело в те времена было городским, а не деревенским.

Что важно: фамилия не получила широкого распространения в России, не стала дворянской и не обросла легендами. Её носители — люди, чей предок занимался конкретным ремеслом: делал парики, стриг и брил. Никакой тайны или благородного корня здесь нет, зато есть чёткая профессиональная привязка, что для ономастики ценнее выдуманных историй.