Фамилия Пестерев — один из тех случаев, когда за привычным окончанием скрывается не имя, а прозвище. В основе лежит слово «пестерь» — так в старину называли большую плетеную корзину-раструб, которую делали из прутьев, бересты или лубка. Такой заплечный короб использовали в хозяйстве повсеместно: носили в нем сено, мелкий корм для скота, а в лес ходили за грибами и ягодами. Логично предположить, что прозвище Пестерь мог получить мастер, который такие корзины плел, — ремесло было нужным и распространенным.

Но у прозвища есть и вторая, переносная сторона. Пестерь — слово объемное, неуклюжее, поэтому в народе его нередко приклеивали к человеку неповоротливому, неловкому, медлительному. Такая двойственность типична для русских прозвищ: одно и то же слово могло описывать и профессию, и характер. Сказать точно, что имели в виду, называя конкретного человека Пестерем, сегодня уже нельзя, но обе версии имеют право на жизнь.

Суффикс -ев указывает на типичную модель притяжательных фамилий: Пестерев — значит «сын Пестеря», потомок человека с таким прозвищем. Форма с -ев, а не -ов, появилась потому, что основа слова заканчивалась на мягкий согласный «рь». Это одна из самых массовых словообразовательных схем русских фамилий, по которой образованы тысячи родовых именований.

Интересно, что у слова «пестерь» были и диалектные родственники. В некоторых говорах так называли не только корзину, но и, например, толстяка или ротозея — это лишний раз подтверждает, что прозвище бытовало в народной среде широко и в разных значениях. Однокоренные фамилии — Пестеревский, Пестряков — могли возникнуть независимо, от тех же корней, но с другими суффиксами.

Точное место и время возникновения фамилии Пестерев установить сложно: фамилии на Руси закреплялись постепенно, на протяжении нескольких столетий, и один и тот же род мог в разных документах писаться по-разному. Но сам факт, что фамилия дожила до наших дней, говорит о том, что прозвище было живым и узнаваемым. Сегодня Пестеревы встречаются по всей России, хотя чаще — в северных и центральных регионах, где плетение корзин и берестяных пестерей было особенно развито.

Фамилия Пестерев — не просто семейное именование, а маленький срез народной жизни: она хранит память о ремесле, о быте крестьянского двора и о том, как метко и по-хозяйски наши предки умели подмечать особенности человека.