Фамилия Пискальный — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с характером человека, а с местом его жительства или работы. Корень здесь — «пискаль», диалектное слово, которое в разных русских говорах означало одно и то же: «пискун», «тот, кто пищит». Но кого так называли? Не ребёнка и не плаксу. В северных и центральных областях России пискалём называли зайца-беляка (за его тонкий голос), а также болотную птицу, чаще всего кулика или бекаса. Фамилия, таким образом, могла достаться либо удачливому охотнику на зайцев, либо человеку, жившему у болотистой низины, где водилась дичь, — «на пискалях».

Суффикс -н- и окончание -ый указывают на притяжательную или качественную модель: Пискальный — «относящийся к пискалю» или «имеющий к нему отношение». Это типичная для русских фамилий форма, но встречается она реже, чем фамилии на -ов или -ин. По сути, это застывшее прилагательное, которое первоначально отвечало на вопрос «чей?» или «какой?»: например, Пискальный луг или Пискальный двор — место, где водились зайцы или птицы. Позже прозвище закрепилось за самим человеком.

Версия о том, что фамилия образована от польского или украинского слова «пискаль» (небольшое ружьё, пищаль) менее убедительна. Фонетически она возможна, но тогда мы бы ждали форму Пищальный или Пискалёв. Русская диалектная основа «пискаль» в значении «заяц» надёжнее подтверждается словарями народных говоров, например, архангельскими и вологодскими записями. Социальный контекст: носитель фамилии — скорее всего, крестьянин или охотник из нечернозёмной полосы, где болота и зайцы были обычным делом, а не ремесленник или служилый человек.

Фамилия крайне редкая. В дореволюционных метрических книгах она встречается спорадически, в основном на севере европейской России. Сегодня её можно найти в единичных экземплярах, что делает её ценной для генеалогов: каждый носитель — почти наверняка потомок одной небольшой ветви, а не массового расселения.