Фамилия Питерина — яркий пример «малой» ономастики, где за простой формой скрывается неочевидная история. Сразу видно, что это типичная «матрешечная» фамилия: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), а основа — на имя или прозвище родоначальника. Но вот с самой основой «Питер-» есть две равноправные версии, и выбор между ними зависит от того, где жили предки.

Первая, самая распространенная гипотеза, отсылает к крестильному имени Пётр. В русских говорах имя Пётр и его уменьшительные формы (Петя, Петруня, Петруха) дали огромное количество фамилий: Петров, Петин, Петрухин. Но существует и форма Питер — диалектный вариант имени Пётр, характерный для северных и сибирских говоров, где «ё» могло переходить в «и» под влиянием местного произношения. Таким образом, Питерина — это не что иное, как «дочь/жена Питера», то есть потомок человека по имени Питер (Пётр). Подобная модель встречается у фамилий Питерцев, Питернов.

Вторая версия — топонимическая. Она менее очевидна, но имеет право на существование. Фамилия могла возникнуть у человека, который приехал из города Санкт-Петербург или из села с похожим названием (например, Питерка в Саратовской области). В таком случае прозвище «Питер» или «Питерина» давали переселенцу, а закрепившаяся фамилия указывала на его географическое происхождение. Эта версия более вероятна для жителей центральных и южных губерний, где «питерскими» называли всех, кто побывал в столице.

Морфологически фамилия женского рода (Питерина), а мужской вариант — Питерин. В документах XVIII–XIX веков такие фамилии часто записывались без изменения по родам, поэтому в старых метрических книгах можно встретить и «крестьянин Питерин», и «вдова Питерина». Суффикс -ин в данном случае — самый распространенный в русской ономастике, он указывает на прямое родство: «чей сын?» — «Питерин».

Интересно, что фамилия Питерина не имеет отношения к английскому слову «peter» или к каким-либо иноязычным корням. Это чисто русское образование, возникшее в народной среде. Сейчас фамилия встречается довольно редко, в основном в Поволжье и на Урале, что косвенно подтверждает версию о севернорусском говоре или о переселенцах из столичного региона. В любом случае, носители фамилии могут с уверенностью считать, что их предок был либо Петром, либо «питерским» — человеком из большого города.